1. Перейти к содержанию
  2. Перейти к главному меню
  3. К другим проектам DW

Дмитрий Крымов: "У нас в России независимого театра нет"

Беседовала Элина Ибрагимова21 сентября 2016 г.

В интервью Deutsche Welle известный режиссер, сценограф, преподаватель Дмитрий Крымов рассказал о немецкой премьере своего спектакля и о том, почему он прячет остроту.

https://p.dw.com/p/1K5Ws
Дмитрий Крымов
Дмитрий КрымовФото: DW/E. Ibragimowa

Основатель Театра художника в России, сценограф, режиссер, преподаватель Российской академии театрального искусства Дмитрий Крымов широко известен не только в России. Только что он показал в Германии спектакль "Русский блюз. Поход за грибами".

DW: Поход за грибами - русская традиция. Не боялись, что вас не поймет немецкая аудитория?

Дмитрий Крымов: Боялся. Я всегда боюсь показывать спектакль за границей. Но ничего, они поняли аллегорию. Я общался с немецкими зрителями, находясь в зале, чувствуя и слыша, как они реагируют. Я понял воздушно-капельным путем, так я бы сказал. Этого вполне достаточно.

- Вы говорите, что спектакль "Русский блюз. Поход за грибами" претерпевает постоянные изменения от спектакля к спектаклю. Произошло ли то же самое в Германии?

- Физические изменения, если можно так выразиться, спектакль претерпел один раз, когда мы его немного сократили: убрали одну довольно длинную сцену. Мы год играли с ней, а потом мне показалось, что без нее лучше. Но я имел в виду, что спектакль изменяется не в физическом смысле. У него очень сильная зависимость от зрителя, потому что он парадоксально острый (хотя и без видимой остроты). Одно дело, если его смотрят в России, другое дело - если в Грузии или в Германии. Получаются разные по атмосфере спектакли.

- А в чем конкретно состоит острота?

- Я бы, наоборот, хотел эту остроту спрятать, а не вытаскивать. Это как басня...

- Спектакль шел в Висбадене как на русском языке, так и на немецком. Значит, вы работали с немецким актером?

- Там были титры, и был немец Алексей Лохман (Alexej Lochmann), который вместе с нашим актером участвовал в спектакле. Кстати, в Москве, когда мы играем, есть человек, который переводит с русского на русский. Все сидят в наушниках, и зрители слышат человека, объясняющего, что они видят. Алексей Лохман играет первый сезон в Дюссельдорфе, а ранее играл во Франкфурте. Сам я немецкий язык, к сожалению, не знаю.

- Но уже пять раз были в Германии. С какими спектаклями и где вы выступали?

- В первый раз мы показали спектакль "Opus №7" в Эссене на фестивале "Theater der Welt" в 2010 году. Это спектакль о трагической судьбе еврейского народа, о геноциде. Он состоит из двух частей, связанных подспудно драматической линией. Мы выступали на металлургическом комбинате, где когда-то делали оружие для нацистской Германии, потом она была переоборудована в культурный центр. Это было сильное впечатление для нас: тема и место слишком совпадали.

В 2012 году мы были со спектаклем "Горки-10" в Дюссельдорфе и Берлине. Спустя два года привезли спектакль "Тарарабумбия" в Маннхайм и, наконец, сейчас приехали на фестиваль в Висбаден.

- В немецкой рецензии на спектакль "Русский блюз. Поход за грибами" так написано о нем: "Это печальная критика и тонкий анализ жизни страны, где не только свобода творчества находится под угрозой". Вы согласны с таким описанием спектакля?

- Я бы сказал: "Печальное наблюдение и тонкий анализ жизни страны".

- Вам интересна политика?

- Я на политические темы не очень люблю разговаривать.

- А как-то вы сказали, что вам не удается быть аполитичным...

- Что вы, какой я политический человек! У нас ни одного политического спектакля нет. Наверное, это была шутка, опечатка.

- Какие проблемы и трудности есть у независимого театра в России? Что бы вы поменяли?

- У нас в России независимого театра нет. Все театры зависимые: им деньги дают. Бывают редкие времена, когда деньги дают и не просят их отрабатывать. Нам пятнадцать лет удалось в таких временах пожить. До этого просили, и сейчас просят. Это неправильная культурная политика, на мой взгляд. Надо просто театру давать деньги и не спрашивать с него ничего. Человек, который платит деньги, хочет получить что-то взамен за такую щедрость, хотя культура должна быть просто культурой. В Америке нет государственного субсидирования, там можно считать, что театр независимый по этой линии, но, тем не менее, они мучительно собирают деньги на каждый проект, завися от каждого человека. В России одно государство, а там надо у пятнадцати человек собрать деньги.

Я даже не представляю, что такое независимый театр. Театр - это же дорогостоящее предприятие. Значит, надо взять откуда-то деньги. Предположим, ты свои деньги потратил, но никаких денег не хватит, чтобы так существовать. Значит, от кого-то будешь зависеть. Просто зависимость бывает разная.

Что делать? Стараться создавать художественные произведения, несмотря на зависимость. Художник вдыхает углекислый газ и выдыхает кислород. Его функция - функция дерева - оздоравливать климат вокруг себя. Он вдыхает выхлопные газы, то есть жизнь, а выдыхает искусство.

Смотрите также:

Пропустить раздел Еще по теме

Еще по теме

Показать еще