Комментарий: "Коммерсант" в периметре несвободы

Скандал вокруг увольнения журналистов из газеты "Коммерсант" - это фантомный страх потерять право на свободное высказывание. Рука давно отсохла, но все еще болит, считает Иван Преображенский.

Одна из ведущих российских газет лишилась политического блока. После увольнения двух сотрудников издательского дома "Коммерсант" их коллеги также написали заявления об уходе. Журналисты считают, что налицо давление со стороны собственника и менеджмента издания, которые пытались получить доступ к источникам информации, на основании которых была написана статья о возможном переходе спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко на  другую работу, например, в Пенсионный фонд РФ и замене ее на нынешнего главу СВР Сергея Нарышкина. Руководство газеты это отрицает. Это очередное наступление на свободу слова в России или что-то новенькое?

"Коммерсант" - не ориентир?

Это далеко не первый случай давления на журналистов в России. В последнем ежегодном рейтинге свободы слова в мире организации "Репортеры без границ"  она опустилась на 149-е место. Да что там говорить, российским журналистом просто быть небезопасно, разумеется, если ты стремишься придерживаться стандартов профессии, а не работаешь в пропагандистских кремлевских медиа.

В самом издательском доме "Коммерсант" за последние годы журналистов увольняли или вынуждали уйти не раз за последние годы. Это оценочное суждение, но лично для меня это издание перестало и уже давно быть образцом непредвзятости.

Тоже можно сказать и о большинстве других российских печатных медиа. Журналистское сообщество помнит, как массово увольнялись сотрудники агентства РБК. Газету "Ведомости", его ведущего конкурента, особенно в области деловой журналистки, вынудили сменить собственников, приняв закон запрещающий иностранцам владеть более чем 20% акций российских медиа. Про российское телевидение в контексте соблюдения журналистских стандартов лучше и не вспоминать.

Так что собственно в истории с "Коммерсантом" в сухом остатке только уважение и слова поддержки для тех журналистов, которые уволились вслед за своими коллегами и сохранили свою профессиональную репутацию. Что касается свободы слова, то она в этой истории почти не пострадала, потому что ее и раньше практически не было.

Запрет на Матвиенко?

При Владимире Путине цензура в России шла двумя путями. Первый - прямой и откровенный - начался, как принято считать, с разгрома телеканала НТВ. Им власти далеко не пошли, потому что нашли другой, более удачный.

Второй путь - более осторожный, строился, изначально, на желании главы государства "оградить своих близких" от повышенного внимания прессы. Так нельзя было ни плохо, ни хорошо писать о его семье и в итоге, никто не рискнет утвердительно сказать публично, является ли дочерью Владимира Путина небезызвестная Екатерина Тихонова.

Потом стало можно критиковать кого угодно, кроме главы государства. Теперь, вот, как выясняется, небезопасно писать и о спикере Совета Федерации и главе Службы внешней разведки.

Этот список скоро наверняка расширится. Тем более, что власти расширяют и перечень запретных тем. В то же издательском доме "Коммерсант" последнее массовое увольнение случилось в 2011 году после выборов в Госдуму, когда журнал "Власть" опубликовал фото избирательного бюллетеня, содержавшего нецензурную брань в адрес Владимира Путина.

Сейчас бы эта "шутка", которая тогда "всего лишь" стоила работы нескольким журналистам, потянула бы на уголовное дело в соответствии с недавно вступившим в силу законом об оскорблении представителей власти.

Нельзя писать о суицидах. Любая статья про проблемы наркозависимых, в теории, тянет на "статью" за пропаганду наркотиков, а о ЛГБТ-сообществе - на пропаганду гомосексуализма. По делу о клевете на того же владельца "Коммерсанта" Алишера Усманова следователи блокируют работу московского офиса информагентства "Росбалт", а в Госдуме обсуждается и запрет "на публикацию сведений, способствующих санкциям против России". 

Периметр несвободы

Государство, погрязшее в пропаганде, постоянно пытается перенести свои грехи на немногих оставшихся нормальных журналистов. Таким путем от запретных людей мы стремительно перешли к запретным темам.

Журналистов обкладывают как волков на охоте, загоняя их в советский стандарт, где есть всего три повода для статьи: великие достижения, отдельные недостатки и проблемы зарубежных стран. Как только ты выходишь за этот "лагерный" периметр, будь готов к неприятностям.

Конечная цель этого — тотальная самоцензура, страх писать о проблемных вопросах, которые могут не понравиться менеджерам издания, его владельцам, их соседям по даче или любому мало-мальски влиятельному государственному служащему, имеющему в своем распоряжении целый законодательный арсенал для подавления свободы слова.   

Автор: Иван Преображенский - кандидат политических наук, эксперт по Центральной и Восточной Европе, обозреватель ряда СМИ. Автор еженедельной колонки на DW. Иван Преображенский в Facebook: Иван Преображенский

Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.

______________

Подписывайтесь на наши каналы о России, Германии и Европе в Twitter | Facebook | YoutubeTelegramWhatsApp

Смотрите также:

Now live
04:28 мин
Политика и общество | 12.03.2018

Быть независимым журналистом в современной России опасно

Жертвы во имя свободы печати

Мальта: Дафна Каруана Галиция

Журналистка Дафна Каруана Галиция погибла 16 октября 2017 года в результате подрыва арендованного автомобиля, в котором, по версии следствия, сработало дистанционное взрывное устройство. В последнее время репортер занималась расследованием в отношении главы правительства и его помощников в связи с подозрениями в коррупции. Она установила, что жене премьера принадлежит панамская офшорная компания.

Жертвы во имя свободы печати

Словакия: Ян Куцияк и Мартина Куснирова

Журналист Ян Куцияк и его подруга Мартина Куснирова были застрелены в своем доме в конце февраля 2018 года. Куцияк расследовал возможное влияние итальянской мафиозной группировки "Ндрангета" на правительство Словакии. В одном из своих последних материалов он обвинял приближенных премьер-министра Роберта Фицо в тесных контактах с итальянскими предпринимателями, в свою очередь, связанных с мафией.

Жертвы во имя свободы печати

Мексика: Мирослава Брич

Мирослава Брич была убита 23 марта 2017 года на пороге собственного дома 8 выстрелами в голову. Журналистка специализировалась на темах преступлений мексиканских наркокартелей и коррупции во власти. Убийца журналистки оставил записку со словами "Предательнице". Брич стала третьим представителем СМИ, убитым в Мексике в марте этого года.

Жертвы во имя свободы печати

Ирак: Шифа Гарди

Шифа Гарди погибла 25 февраля 2017 года от взрыва фугаса на севере Ирака. Она была репортером курдского телеканала "Рудав" (Rudaw) и вела репортажи о столкновениях иракских правительственных войск с боевиками ИГ. Радикальные джихадисты из ИГ обвиняются уже во многих случаях исчезновений или казней журналистов на территориях вокруг Мосула.

Жертвы во имя свободы печати

Бангладеш: Авиит Рой

"Вольнодумец" - так назывался блог Авиита Роя, который считал себя "светским гуманистом" и своими критическими замечания об исламе навлек на себя ярость религиозных фундаменталистов в Бангладеш. Рой жил в США, но в феврале 2015 года поехал на книжную ярмарку в Дакку, где был зарублен фанатиками с мачете. В Бангладеш блогеры и журналисты часто подвергаются нападкам исламистских экстремистов.

Жертвы во имя свободы печати

Саудовская Аравия: Раиф Бадави

10 лет лишения свободы и 1000 ударов плетью - таков последний приговор писателю и интернет-активисту из Саудовской Аравии. Раиф Бадави находится в заключении с 2012 года за "оскорбление ислама". Первые удары плетью были ему публично нанесены в январе 2015 года. Последовавшая вслед за этим волна международных протестов вынудила власти частично приостановить исполнение приговора.

Жертвы во имя свободы печати

Узбекистан: Салиджон Абдурахманов

Узбекистанский журналист Салиджон Абдурахманов находится в заключении с 2008 года по обвинению в хранении и распространении наркотиков. По данным "Репортеров без границ", правоохранительные органы Узбекистана подкидывают наркотики неугодным властям журналистам. Абдурахманов был внештатным корреспондентом "Голоса Америки" и ряда других СМИ.

Жертвы во имя свободы печати

Турция: Дениз Юджел

Корреспондент немецкого издания Die Welt Дениз Юджел был задержан в Стамбуле 14 февраля 2017 года. Власти инкриминируют ему членство в террористической организации, распространение пропаганды и злоупотребления при использовании информации. По турецким законам предварительное заключение Юджела может длиться до 5 лет. Всего после путча 2016 года в Турции были лишены свободы более 140 журналистов.

Жертвы во имя свободы печати

Китай: Гао Ю

Независимые журналисты работают в Китае под неусыпным наблюдением властей. Бывшая внештатная сотрудница DW Гао Ю была арестована в 2014 году и в апреле 2015 года приговорена к 7 годам лишения свободы за разглашение секретных сведений. Благодаря международному давлению журналистка была выпущена из тюрьмы и сейчас находится под домашним арестом.

Жертвы во имя свободы печати

Азербайджан: Мехман Гусейнов

Мехман Гусейнов является один из самых популярных видеоблогеров и журналистов в Азербайджане и известен громкими разоблачениями воровства в среде чиновников. В начале 2017 года в Баку он был подвергнут избиениям и пыткам, как сообщается, группой полицейских в штатском. В марте 2017 года Гусейнов был обвинен в клевете на начальника полиции и приговорен к 2 годам тюремного заключения.

Жертвы во имя свободы печати

Македония: Томислав Кежаровский

В 2013 году Томислав Кежаровский был приговорен судом в Скопье к 4,5 годам тюрьмы за то, что в своей статье назвал имя свидетеля убийства другого журналиста. По словам Кежаровского, он хотел пролить свет на "некоторые из многочисленных тайных пятен в македонской полиции и судебных органах". Позже приговор был смягчен. Сейчас журналист пишет книгу о своем заключении.

Подпишитесь на нас